Должно быть, в тот момент, когда он повернулся ко мне, его палец слишком сильно вжался в стекло, потому что он тут же резким движением отдернул руку от зеркала, тихо вскрикнул: "Ой!" и в изумлении уставился на него.

- Что случилось? встревожился я.

- Я... мне... он выглядел смущенным. Понимаете, сэр... В общем, мне показалось, что кто-то... или что-то... пыталось втянуть меня за палец туда, внутрь. Конечно, это звучит смешно, но именно таким было ощущение, которое я только что испытал. Роберт иной раз выражался в манере, нехарактерной для пятнадцатилетнего мальчика.

Заинтригованный таким объяснением, я подошел к нему и попросил еще раз показать тот участок зеркала, где он только что держал свой палец.

- Наверное, вы считаете, что я не в своем уме, сэр, ответил Роберт, зардевшись, но... В общем, отсюда я не смогу показать это место наверняка. Зато издали определю его безошибочно.

Усевшись на стул рядом с Робертом, я уставился на маленький участок зеркала в левом нижнем углу и тут же взору моему открылось нечто необыкновенное. Нет, даже не открылось, а буквально "выпрыгнуло" на меня из зеркала в том месте, где брали свое начало отчетливо видные под определенным углом зрения многочисленные завитки старого стекла: криволинейные, радиально расходящиеся линии, берущие начало в одной точке совсем как струны, растянутые в разные стороны и перехваченные в одном месте чьей-то рукой в пучок.

Встав со стула и подойдя к зеркалу поближе, я убедился, что необычный оптический эффект бесследно исчез он и в самом деле наблюдался только при взгляде под определенным углом. А когда я смотрел на указанный Робертом участок зеркала прямо, он вообще не давал никакого отражения еще один странный феномен.

Прозвучал школьный гонг, извещавший о начале следующего часа занятий, и Роберт Грандисон поспешил в учебный корпус, оставив меня один на один с загадкой старого зеркала. Когда он ушел, я поднял шторы в обеих комнатах и, миновав холл, подошел к шифоньеру, пытаясь обнаружить искомый участок поверхности старого зеркала в его отражении на дверце шифоньера. Довольно легко отыскав его, я впился в это место глазами и опять, как мне показалось, уловил некоторое мельтешение; а когда, вытянув шею, добился нужного угла зрения, это "нечто" снова "прыгнуло" на меня.