В долине тогда развелось уже сотни и сотни капризок. Они были повсюду перед жилыми домами и амбарами, вдоль улиц и в парке… Появились они и за городом, поначалу только по краям полей, но белая зона смерти, ширясь день ото дня, вытесняла земные растения.

– Выкорчуем их, – предложил я на общем собрании.

Меня тут же поддержал Майк Зуков, а затем и все остальные жители городка. Мы вышли на улицы с тепловыми колунами и бензопилами и, начав с капризки Хелин, через три часа свалили их не меньше двух десятков.

За нами пристально наблюдали привидки.

– Они же потешаются над нами, – заявил вдруг Бад Гласник.

– С чего ты взял? – поинтересовался у него я. – Неужели прочитал на их плоских физиономиях?

– Нет, но…

Вскоре мы обнаружили, что опасность представляют не столько сами капризки, сколько из бесчисленные корни. Корни, уходя на глубину пятидесяти, а порой даже и ста метров, добирались до грунтовых вод.

Выкопать их оттуда не было никакой возможности. Ствол можно было спилить или срубить, но всего через час-другой на пеньке появлялись молодые побеги, а если же мы выкорчевывали и пенек, то ветки вырастали их оставшихся в земле обрубках корней, порой даже – метрах в тридцати от уничтоженной капризки.

К тому же, приходилось быть предельно внимательными с каждой щепочкой.

У оброненной на влажный грунт щепки в палец длиной, а то и у кусочка коры, вскоре вырастали корешки. Подбирать щепки мы поручили детям, но, как они ни старались, все равно пропускали из каждых пяти одну щепку, и к утру превращать нашу плодородную долину в пустыню своим старшим сестрам и братьям помогали уже тысячи молоденьких капризок.

– Как получилось, что до сих пор вся ваша планета не покрыта сплошными зарослями капризок? – спросил я у старшего на вид привидка. – Как вы ухитряетесь избавляться от них?