- Эти существа, - назидательно произнес Дэйли, - уникальные! Мы подарим их музею.
- Ну и что? - заинтересовался Турстон.
- Выставка ранее неизвестных науке животных, открытых Дэйли - Турстоном!
- Они могут даже назвать их нашими именами, - неожиданно размечтался Турстон. - Мы же их поймали!
- Конечно, именно так! Наши имена станут в один ряд с именами Ливингстона, Одубона и Тедди Рузвельта.
- Гм. - Турстон глубоко задумался. - Мне кажется, лучше всего для этой цели подходит музей естественной истории. Там можно организовать выставку...
- Я думал не просто о выставке, - прервал его Дэйли. - Я думал об открытии галереи, - галереи Дэйли - Турстона.
Турстон в изумлении уставился на друга. Он и не подозревал в Дэйли такого размаха.
- Но, Эд, их же всего три штуки. Мы не можем открыть галерею для демонстрации всего трех экспонатов.
- Там, откуда они взялись, их должно быть много.
Пойдем проверим ловушку.
На этот раз в ловушке судорожно билось существо фута в три длиной с маленькой зеленой головкой и раздвоенным вилкообразным хвостом. От туловища отходило около дюжины толстых жгутиков, которые яростно извивались.
- Остальные были поспокойнее, - заметил Тур-стон. - Возможно, эта тварь поопаснее.
- Мы запутаем ее сетью, - решил Дэйли. - Потом я свяжусь с музеем.
Им стоило изрядных усилий посадить добычу в клетку. Ловушку перезарядили, и Дэйли отправил телеграмму в музей естественной истории:
"ОБНАРУЖИЛ ПО МЕНЬШЕЙ МЕРЕ ЧЕТЫРЕ ВИДА ЖИВОТНЫХ НЕИЗВЕСТНЫХ НАУКЕ ТЧК ПОДГОТОВЬТЕ ПОМЕЩЕНИЕ ДЛЯ ЭКСПОЗИЦИИ ТЧК СРОЧНО ПРИШЛИТЕ СПЕЦИАЛИСТОВ".
Затем, по настоянию Турстона, он выслал в музей несколько безукоризненных характеристик на себя, чтобы там не подумали, что имеют дело с помешанным.
Днем Дэйли изложил Турстону свою теорию. Он был убежден, что в одной части массива Адирондак сохранился нетронутый временем уголок доисторической природы, населенный животными, выжившими с тех пор. Они никогда не попадались охотникам благодаря исключительным повадкам и осторожности, приобретенным их видами в глубокой древности. Однако перед этой новой ловушкой, основанной на принципе осмотического расчленения, даже столь уникальный опыт оказался недостаточным.